«Энергетическая стратегия Украины до 2030 года», плановая стоимость реализации которой составляет 229,9 млрд грн (или $45,98 млрд) кажется абсолютно неподъемной.

Энергетическая стратегия: первые предостережения

«Энергетическая стратегия Украины до 2030 года» была принята Кабинетом Министров 15 марта 2006 года. Сразу после ее официального представления, директор Всемирного банка по Украине, Беларуси и Молдове Пол Бермингхем высказал свое мнение: «Стратегия достаточно амбициозная, и потребует много средств и долгосрочных инвестиций». Однако, по мнению г-на Бермингхема, «стратегия в первую очередь должна ориентироваться на внедрение энергосберегающих технологий, а не выдвигать в качестве приоритетного направления строительство новых генерирующих мощностей, строительство которых потребует минимум 10 лет. Кроме того, при существующей в Украине энергоемкости ВВП в 5,4%, аккумулирование 200 млрд грн, необходимых для реализации такой стратегии, на фоне необходимости развивать другие не менее насущные направления (образование, здравоохранение, социальное обеспечение) выглядит проблематичным».

Энергетическая стратегия: кому это нужно?

«Вместо заданий энергообеспечения количественного развития, которым экономика Украины следовала на протяжении десятилетий, энергетика должна перейти на обеспечение стабильного развития экономики, на что ориентированы сегодня развитые страны мира. Альтернативы этому пути нет», – значится в Стратегии. Иными словами, по прошествии двух десятилетий украинский энергетический сектор виделся ее авторам (рабочей группе Минтопэнерго) исключительно как экономический базис – основа основ жизнедеятельности всей страны, от которого, по сути, должны зависеть все и вся.

Однако не прошло и трех лет, как о заявленной стратегической цели забыли.

Немым доказательством тому служит план строительства централизованного сухого хранилища для отработанного ядерного топлива. Необходимость такого объекта даже не обсуждалась: Украина ежегодно тратила от $100 до 140 млн только на вывоз отслуживших ТВЭЛов в Россию. В 2009 году, руководствуясь положениями Энергетической стратегии, атомщики рассчитывали открыть отечественное хранилище отходов и, таким образом, экономить на «радиоактивном» импорте.

Специалистами Института Технической Теплофизики НАН Украины выполнен критический анализ основных положений «Энергетической стратегии Украины на период до 2030 года» (авторы Гелетуха Г.Г. и Железная Т.А., ISSN 0204-3602, Промтеплотехника, 2006, т.28, №5). Анализ выявил, что ряд стратегических показателей спрогнозирован недостаточно корректно, и заранее предопределяет будущее отставание Украины по эффективному использованию энергии и развитию возобновляемых источников энергии. Сделан вывод о том, что практически все ключевые показатели Стратегии «подогнаны» под основную идею документа – развитие энергетики Украины за счет приоритетного использования атомной энергии.

Энергетическая стратегия: 3 года спустя

Согласно своему Стратегическому плану, к 2009 году Украина должна была завершить практическую интеграцию своей энергосистемы с энергосистемой Евросоюза. Это позволило бы не только самим рационально расходовать энергоресурсы, но и без ограничений экспортировать энергетические «излишки».

Надо ли говорить, что Украина не только не завершила – но даже не приступала к интеграции. В марте 2009 Всемирный банк «наконец-то» предоставил Украине кредит на $238 млн, который теперь осталось занести в список государственных долгов и внимательно следить за их дальнейшим использованием. Ведь в случае невыполнения какого-любого из условий кредитования мы ни денег не увидим, ни энергосистемы не объединим.

Стратегия энергетического развития также предполагала увеличение добычи собственного угля для обеспечения нужд теплоэнергетики. Она определяла, что к 2030 году Украина уменьшит объемы импорта угля с одновременным переходом ТЭС на собственный уголь.

По состоянию на конец 2009 года отрасль в состоянии подвешенной приватизации и более половины украинских шахт остановлены. Увеличен импорт угля из Китая и Малайзии.

В аналогичном состоянии план создания в Украине стратегического запаса нефти и нефтепродуктов. В свое время задумка авторов Энергетической стратегии была предельно простой: государству необходим 90-дневный запас жидких энергоносителей на случай «экстремальных обстоятельств». При этом под «экстремальные обстоятельства» подпадали не только природные бедствия, но и те же картельные заговоры торговцев или «нечистоплотные» действия сырьевых монополистов.

Имей Украина государственный запас нефтепродуктов, мы бы и думать забыли о том, что скоро посевная, а аграриям заправляться либо нечем, либо не за что. Но, помня о том, что стратегии у нас разрабатываются лишь как предлог для чего-то более весомого и завуалированного (например, $45 млрд), нетрудно предположить, что оговоренных стратегических «закромов» Украине придется ждать еще очень долго. Государственным мужам не до этого.

Равно как и не до развития собственных шельфовых месторождений нефти и газа, урана, циркония. Не до реализации глобальной идеи создания замкнутого ядерного цикла с производством собственного ядерного топлива и хранением уже отработанных реакторных «стержней». Не до уменьшения энергоемкости экономики, не до разработки и внедрения энергосберегающих и экологически чистых технологий, а также не до участия Украины в разработке газовых и нефтяных «золотых жил» в Ливии, Казахстане, Иране и прочих богатых углеводородами регионах. Список "не до..." можно продолжать.

Вывод напрашивается сам собой: тот, кто заинтересован в максимальном развитии генерации (читай – в развитии собственных финансовых ресурсов), никогда не будет выстраивать энергетическую стратегию на приоритетных началах развития энергосбережения.

Рассчитывать на то, что современники поймут эпохальную историческую задумку, не приходится. Остается лишь взывать к просветленному сознанию будущих поколений.

Автор: Александр МАТОРИН

Собственность: БудФонд